Закрыть ☒

Про тётю Таню-мордовку и её детей

Ранее: Почему мы осторожничали обращаться к мужчинам за помощью.

К нам стала время от времени приходить одна женщина, с которой у нас вроде ничего общего не было. Когда-то Гена – мой младший братишка, учился с её мальчиком в одном классе, а потом и в военно-летном училище. Вот, когда они там учились и она долго не получала писем от сына, то приходила узнать у матери, пишет ли ей Гена с училища и что пишет. Так случайно и я с нею познакомилась.

Она на то время уже была на пенсии и все-равно продолжала работать нянечкой в детском саду и все её звали просто тётя Таня-мордовка. Я узнала, что она замужем за узбеком-самодуром, который работал в редакции местной газеты, что у них всю жизнь свои кошельки и тем не менее они дали возможность старшей дочери получить высшее образование, а сыну закончить военно-летное училище.

Фото из интернета. Натруженные руки матери.

Дочь выучилась где-то, там же вышла замуж и матери писала изредка, а в письмах было очень много упреков в её адрес, что она неправильно жизнь прожила и что-то ей недодала. С братиком она своим тоже вечно конфликтовала и не любила его, до того, как она уехала и в те редкие встречи у матери, когда они были в отпуске, они общались как кошка с собакой, разрывая её сердце, она их одинаково любила и хотела, чтобы они жили дружно.

Парень то вообще был миролюбивым, и вся агрессия шла от дочери. Отца же дочь люто ненавидела, видимо было за что, а он был безразличен к своим детям. Конечно я многого не знала про эту семью и не пыталась никогда знать, всё то, что я изложила здесь, это лилось мне постепенно от матери, от общих знакомых, они жили в одном подъезде с тётей Таней и от неё самой во время редких встреч с нею.

Мы иногда встречались с нею на улице, у подъезда её дома, иногда она приходила к матери просто посидеть, и вот стала ходить ко мне, но не так часто, чтобы надоесть. Обязательно приносила с собой несколько килограмм крупы разной. Мы отказывались, но это было бесполезно. Как бы ни были мы заняты, накрывали стол и всё, что было у нас, выставляли на него, потом девочки уходили доделывать свою работу, а я оставалась сидеть с нею.

Когда приходило время уходить, она делала это тяжело и видать было, что она бы и еще посидела у нас, но было уже темно и хочь не хочь пора домой возвращаться. Как-то она попросила меня поклеить ей обои. Я не отказалась и пришла к ней не одна, а с Таней.

Фото из интернета. Поклейка обоев.

Обои надо было наклеить в зале и в коридоре, стены были уже подготовлены, обои и клей закуплены, комнату мы с Таней обклеили быстро, а в узком коридоре, немножко повозились, и уже почти заканчивали поклейку, когда я свалилась с табуретки на ведро с клеем лицом.

Удар пришелся на надбровную часть о край ведра. При прощупывании было ощутим скол кости черепа, но в больницу не пошла. Поболело несколько дней, но скол так и остался. А куда делась та отколотая косточка, так и не поняла. Внешне ни порезов, ни царапин, только синяк. Но работу в тот день мы свою завершили. Потом сидели все и пили чай. Денег с неё мы, естественно, не взяли, как она ни пыталась их нам вручить.

Потом она надолго пропала, а мы о ней не думали совсем, но кто-то пришел и сказал, что тётя Таня просит нас с Таней прийти к ней домой. На второй день мы пошли к ней и увидели, что она больна, у неё сильно отекли ноги и она не может ходить. Нас она позвала, чтобы посидеть с нами и попить чай, ни о чем не просила, только одно, чтобы мы похоронили её сами, когда придёт её время.

Мы спросили какая помощь ей нужна, но она сказала, что ухаживать за ней есть кому, мы еще спросили сообщила ли она детям о том, что болеет, но она сказала, что нет и не хочет их беспокоить. Это конечно её дело, мы и адресов её детей не знали.

Обратите внимание: Мне стыдно за моих детей.

После окончания училища её сына и Гену направили в разные части.

Мы еще раз навещали её, а потом работали и работали. А в один день мы были на Уста-палов у Таниной ученицы, которая закончила обучение вышивке у Тани. В честь этого и делался Уста-палов, на котором мастер, в данном случае Таня, дает благословение своей ученице на самостоятельный труд. Очень хорошая традиция в Хорезме.

Когда мы вернулись с него, то нас дома ждали два незнакомых узбека за тридцать лет каждому. Они нам сказали, что ждут нас уже давно и что их попросила об этом тётя Таня-мордовка, когда была ещё жива. Она им сказала, чтобы хоронила её только я и мой адрес им дала.

Мы спросили, когда она скончалась, оказалось, что в тот же день только утром, что соседка уже обмыла её. Я не знала, что делать, никогда раньше мне не приходилось никого хоронить, но пошла с Таней, вернее нас привезли туда на автомашине одного из этих мужчин. Нам они сказали, что будут делать всё, что я им скажу, о деньгах не беспокоиться, они будут тратить свои.

Это были племянники тёти Таниного мужа, дома нас ждал еще один племянник и одна узбечка в возрасте, мы сначала подумали, что это сестра её мужа, мать этих мужчин. Потом выяснится, что это новая жена тёти Таниного мужа и что он давно с тётей Таней не жил. Женщина была молчаливой, но всё делала так, как надо и была почти незаметной.

Покойница была уже одета, а там и гроб привезли, мы её уложили в гроб как полагается, а крышку гроба поставили у дверей подъезда, чтобы люди знали, что в доме покойник и пришли попрощаться.

Тут мы были удивлены непонятной агрессией мужа тёти Тани, который стал кидать эту крышку на землю и кричать, чтобы убрали её в подъезд, зачем ему в доме чужие люди. Но тётю Таню знали здесь многие и, увидев этот скорбный знак. спрашивали кто и приходили попрощаться, передавали другим эту печальную весть.

Когда я спросила племянников, известили ли они её детей, то они сказали, что нет, тётя Таня просила сообщить им после её похорон. Я попросила все-равно сообщить и спросила, что мы будем делать с агрессией её мужа, то они обещали, что будут держать его в рамках. Решили хоронить её на второй день из-за жары. Вынос тела назначили на час дня.

Уже были закуплены продукты и на кухне этой квартиры и у соседей готовился поминальный обед, с вечера были приготовлены компот и блины. Из-за покупки колбасы, сыра и огурцов снова вышел скандал, она племянникам наказала, чтобы это обязательно было на столе, а её муж был против этих покупок, но племянники его просто зажали на диване, и он смолк.

Всё шло своим чередом, появились помощники, которые делали все, что положено, никакой суеты, никто и не рыдал над её гробом. Люди зайдут, посидят рядом и выйдут, только её муж, которого охраняет один из племянников, сидит на краю дивана и зверем на всех смотрит.

Погребение прошло на русском кладбище, а когда уже рабочие принялись засыпать могилу лопатой, её муж стал подгонять всех, чтобы возвращались, мол рабочие сами всё доделают, но племянники отвели его в сторону и там держали до последнего, пока не уложили на надгробие все букеты и венки.

Для поминок накрыли стол в зале, но пришли на поминки и мусульмане с его стороны, их надо было посадить по восточному обычаю, а мы не могли попасть во вторую комнату, чтобы накрыть там дастархан, комната заперта, когда уже хотели взламывать замок, то у одной женщины, которая, оказывается, ухаживала за тётей Таней, ключ оказался при себе и мы открыли комнату и были просто шокированы.

В комнате, кроме пустого шифоньера и кровати с панцирной сеткой без матраса и какого-либо постельного белья, ничего не было, а на шкафу две картонные коробки, на которых написано – для дочери (её имя) и для сына (его имя).

Мы еще были удивлены, что за два дня в квартиру ни разу не зашла соседка, которая обмыла и одела покойницу, которая компот варила и блины пекла, но когда разошлись почти все и остались мы, которые её хоронили, то пригласили её за стол, чтобы помянуть тётю Таню.

Тут все племянники не могли обуздать разъяренного мужа тётя Тани, стал кидаться на неё и оскорблять матерными словами, выгонять из дома. Та развернулась и ушла, а племянники кинулись извиняться за него и отнесли поминальный обед к ней домой.

Мы всё убрали и поздней ночью нас отвезли домой, мы поблагодарили племянников, они нас, расстались очень уважительно друг к другу. Девять дней мы не справляли там, дома своей семьей помянули её в этот день и только, а через несколько дней и её дочь приехала и позвонила к нам, попросила прийти к ней. Мы понимали, что не мы, а она должна была бы к нам прийти, но мало ли что, пошли.

Она сидела с подругой на диване, а когда мы зашли, то они еще хихикали, нас к своему столу не пригласили. Начала она разговор с нами свысока, мол спасибо, что похоронили маму, все же русские люди рядом оказались с нею, но за Ваши труды и расходы возьмите телевизор из дома.

Мы поблагодарили, сказали, что мы не тратились, все расходы взяли на себя её двоюродные братья и благодаря им похороны прошли по-человечески. От телевизора отказались, хоть и не было у нас дома телевизора, нам стало противно, и мы постарались быстрее уйти.

На второй день она нам позвонила и стала вопрошать почему мама не сообщила, что она больна, она бы приехала и забрала бы её на лечение, на похороны тоже не могла приехать, обстоятельства не пустили, ей, оказывается, кто-то все же телеграмму дал. И такая злость меня на неё взяла, что я ей высказала то, что думала про неё в то время.

Сказала, что последнее письмо от неё маме было почти год назад, звонила она маме или нет не знаю, но мама её не хотела, чтобы она отравила её последние месяцы, а может и дни жизни, не хотела вызывать ни её и ни сына, чтобы не видеть, как она грызет младшего только за то, что он посмел родиться, не спросив разрешения у неё, что мама уже не могла слышать её обвинений и упреков и хотела спокойно без неё умереть.

А потом я, а не она бросила трубку. После мне позвонил один из племянников и рассказал, что она им устроила скандал и попросила написать на что они тратили деньги и какую сумму. Я сказала, что сумму ей при встрече озвучила, сказав, что похороны были скромные, но было всё, что она хотела на поминальном столе.

Они сказали, что тоже отказались взять от неё половину той суммы, которую они потратили на похороны, им стало противно также, как и мне, что она, дочь, не просто постаралась вернуть какую-то часть денег, потраченную ими на похороны, а скрупулезно разделила её, а жила она, не в пример своей маме и тем же племянникам её отца на то время, далеко не бедно.

Далее: И опять про соседей.

Из моих для разнообразия: Ночной гость.

К сведению: Это одно из моих воспоминаний на моем сайте "Азиатка" , начиная со статьи "История знакомства моих родителей". Не обещаю, что понравится, но писала о том, что было на самом деле.

Еще по теме здесь: Истории.

Источник: Про тётю Таню-мордовку и её детей.